Mar. 3rd, 2016

ainrex: (Default)


"А вы будете выступать так же долго, как шел процесс?", – спросила Надежда Савченко у прокуроров в начале сегодняшнего судебного заседания. Прокуроры отвечать не стали, но уложились за полдня. Процесс, который начался в конце сентября, подошел к финальной стадии прений, когда обе стороны, оперируя доказательствами, прозвучавшими за это время, должны убедить суд в своей правоте.

Три прокурора – Дмитрий Юношев, Павел Филипчук и Владислав Кузнецов распределили обвинительное заключение и каждый подробно рассказал о своей части. В итоге обвинение попросило суд признать Савченко виновной в гибели российских журналистов Игоря Корнелюка и Антона Волошина, а также в покушении на убийство оператора Виктора Денисова. Прокуроры потребовали для Савченко 23 года лишения свободы и штраф в 100 тысяч рублей за незаконное пересечение границы России. Это не удивило ни адвокатов, ни саму украинскую летчицу. "Прокуроры попросили для меня 23 года? Ну и дайте им это!", – обратилась Савченко к суду. Она устала, не раз заявляла, что с нетерпением ждет окончания процесса, и не будет подавать апелляцию.

До начала прений адвокаты попытались приобщить к делу еще один документ: детализацию телефонных разговоров Савченко с 20 июня 2014 года, когда она уже находилась в плену. "Материалы прислал наш украинский коллега Александр Плахотнюк, и они доказывают, что Савченко в это время находилась под контролем следователя", – пояснил Илья Новиков. Плахотнюк представляет украинскую летчицу в деле о ее похищении, которое сейчас расследуется в Киеве и со дня на день будет передано в суд. Документы Плахотнюка, ожидаемо, не были приобщены к материалам дела, и судья Леонид Степаненко объявил о начале прений.

"Вот и подошло к завершению судебное следствие по делу Савченко, – несколько лирично начал прокурор Филипчук. – Убийство двух человек, покушение на оператора телеканала и шестерых местных жителей. Журналисты выполняли очень важную работу, объективно и беспристрастно освещая трагические события. Они ехали туда добровольно, понимая все риски и выполняя долг. Съемочная команда ВГТРК попала под смертельный огонь, честно и добросовестно выполняя свой долг. Россия не могла остаться в стороне и не привлечь виновных к трагедии". Филипчук сухо зачитал обвинительное заключение и заявил, что будет выступать среди прокуроров последним. "Поздравляю с очередным званием, товарищ полковник, – закричала ему из "аквариума" Савченко. – За меня очередную звездочку получили".

По версии следствия, 17 июня Савченко сообщила командиру батальона "Айдар" Сергею Мельничуку координаты перекрестка дороги у поселка Металлист, по которому украинские артиллеристы произвели по меньшей мере шесть выстрелов из гаубиц, батарея которой стояла неподалеку. В результате обстрела погибли журналисты Корнелюк и Волошин, а Денисов и группа беженцев, которая направлялась в Луганск, "чудом не пострадали". После обстрела, примерно в 12:30, Савченко обнаружили бойцы подразделения "Заря" самопровозглашенной Луганской народной республики, и взяли в плен. А уже 23 июня украинская военнослужащая незаконно пересекла границу с Россией под видом беженки, и была остановлена сотрудниками ДПС на дороге у поселка Кантемировка.

"Внесем некоторую ясность, подсудимый может выбирать любой метод защиты. Савченко избрала путь отрицания вины, хотя ее позиция не выдерживает никакой критики и опровергается совокупностью свидетельств", – речь прокурора Дмитрия Юношева была полна художественных оборотов и риторических вопросов. Он подробно описал, как журналисты попали под обстрел, и как оставшийся в живых Виктор Денисов переживал их гибель.

"Каково было Денисову, который осознавал, что Корнелюк и Волошин погибли у него на глазах. Раз за разом пересматривал видео обстрела, – рассказывал прокурор. – Мы смотрим это видео и понимаем, Денисову и другим мирным жителям чудом удалось остаться в живых, когда они спрятались за "амфибией" (две бронемашины стояли на дороге у поселка Металлист – РС). Юношев описывал картину после обстрела, рассказывая о разорванном теле Волошина, останки которого были разбросаны по дороге и о том, что Корнелюк, "который, видимо, был очень сильным человеком" умер в госпитале, "несмотря на работу врачей". "Гибель российских журналистов это не только потеря для телеканала, но и утрата для родных. Мы знаем, что мама Волошина не перенесла удара и умерла в больнице", – напомнил прокурор.

Одним из ключевых пунктов защиты в деле Савченко было утверждение, что артиллерийский огонь 17 июня велся по позициям сепаратистов. На перекрестке у Металлиста был не только организован блокпост, но и, по всей видимости, стояло несколько минометов, которые фигурировали в ранних показаниях боевиков, но позже оттуда исчезли. Кроме погибших журналистов, по словам адвоката Ильи Новикова, в морги Луганска были доставлены, по меньшей мере, тела шестерых комбатантов. "Были еще, но поименно мы знаем только этих", – говорил Новиков. Прокурор объяснил это просто: "У страха глаза велики". "Для некоторых ополченцев это был первый бой. Представьте себе их состояние! Им и объясняются некоторые неточности в показаниях, – артистично говорил Юношев. – А как бы повели себя все мы на поле боя? Не думаю, что мы запомнили бы все мелочи". "17 июня обстрел украинских войск целенаправленно велся по мирным гражданам, эвакуацию которых проводили ополченцы", – подвел итог прокурор.

Савченко корректировала огонь, по версии обвинения, с радиомачты, которая стояла неподалеку. Мачта имеет антивандальную конструкцию, лестница на нее начинается на высоте семи метров над землей. К тому же Савченко была ранена в руку, и адвокаты утверждают, что она была не в состоянии залезть на мачту самостоятельно. "Да, была ранена, никто не отрицает, – заявил Юношев. – Но так ли сильно была ранена подсудимая? Ее рука не функционировала? Абсурд!". Это противоречие было исправлено обвинением во время последнего заседания, когда свидетель, один из ополченцев – Дмитрий Ословский "неожиданно вспомнил", что его однополчанин с позывным "Шатун" видел лестницу, прислоненную кем-то к мачте, и даже залазил на нее, чтобы убедиться – с высоты 45 метров видно и перекресток у Металлиста и позиции боевиков "ЛНР". Специалист-мачтовик Сергей Чапак, который обслуживал эту мачту, и специально приехал в Донецк дать показания по делу Савченко, утверждал, что видимость с мачты закрывают деревья. "Шатун" уже погиб, а у погибших есть одно полезное для обвинения свойство – с них нельзя ничего спросить, а навешать на них можно, что угодно", – прокомментировал это заявление свидетеля адвокат Илья Новиков.

За время процесса по делу Савченко было допрошено около 60 свидетелей и несколько десятков экспертов. Прокурор в своем выступлении призвал суд отнестись критически к показаниям всех свидетелей защиты. "Конечно защита будет говорить о фальсификациях дела, – заявил Юношев, подразумевая обвинения в фальсификации, которые звучали в адрес следователя СК Дмитрия Маньшина, курирующего дело Савченко. – Будут говорить, что наши свидетели врут, а их говорят правду. Сестра Вера Савченко будет выгораживать подсудимую, но ее показания противоречат показаниям ополченцев, она встречалась с сестрой на свиданиях, и даже в суд приехала вместе с адвокатом Новиковым".

Главное доказательство невиновности украинской летчицы — билинг звонков с ее сотового телефона, который свидетельствует, что она находилась в плену в Луганске еще до артиллерийского обстрела у Металлиста, прокурор отверг с формулировкой "связь в тот день работала с перебоями, и не всегда можно доверять данным биллинга". Показания астронома Ольги Возяковой, которая проанализировала видео сепаратистов "ЛНР", и выявило то же самое время пленения Савченко, что и по билингу звонков, Юношев предложил не брать во внимание: "В ее экспертизе, которую она провела вместе с адвокатом Новиковым, полно ошибок. Либо она считать не умеет, либо защите очень хотелось доказать, что Савченко попала в плен до обстрела".

"Отпустить Савченко было жестом доброй воли, – перешел прокурор Владислав Кузнецов к эпизоду с пересечением границы украинской летчицы. – Ее привезли на окраину Луганска. Что ей было делать? Возвращаться – это значит попасть под обстрелы, паспорта у нее нет и она решила перейти границу с Россией, чтобы вернуться на территорию Украины". Уже на территории России, куда Савченко, по мнению прокуроров прошла под видом беженки, ее встретил Алексей Мирошников, подвез и даже дал 15 тысяч рублей. "Сарказм защиты по поводу мотивов действий Мирошникова не уместен, – строго сказал прокурор. – Каждый понимает помощь ближнему по-своему". Мирошников выступал в суде в качестве свидетеля, и Савченко, которая настаивает на том, что ее насильно вывезли из Украины и передали оперативникам ФСБ, заявила, что это единственный свидетель, который лжет от начала до конца и никогда ее не видел.

По версии обвинения, Савченко и двух жителей Воронежской области остановили сотрудники ДПС, которые, увидев украинку без документов, вызвали оперативника ФСБ Сергея Почечуева. Он отвез ее в Воронеж, но, по словам прокурора, до предъявления обвинений, Савченко была не ограничена в передвижениях, ее никто не задерживал.

"Таким образом, Сергей Мельничук спланировал и организовал убийство мирных жителей, – закончил свое выступление прокурор Кузнецов. – Обстрел был произведен по участку местности, где находилось, кроме Корнелюка и Волошина, еще семь мирных жителей. Сообщая координаты о местонахождении этих лиц, Савченко совершила преступление в качестве исполнителя. Мотивом послужило то, что она испытывала ненависть не только к жителям Луганской области, которые не приняли новую власть в Киеве и хотели образовать независимое государство, но и в отношении русскоговорящего населения и России в целом. В ходе заседания Савченко называла Российскую Федерацию врагом, говорила, что Россия виновата в расколе Украины, аннексии Крыма и снабжении оружием жителей Луганской и Донецкой области. "Вы – враги, а Россия – тюрьма", – цитирую саму Савченко". По мнению прокурора, это полностью доказывает вину украинской летчицы.

Итог работе обвинения подвел Павел Филипчук, который закончил выступление прокуроров. "Несмотря на очевидную причастность Савченко, российский закон, к нашему огромному сожалению, не позволяет привлечь ее за покушение на жизнь мирных жителей Луганской области, – скорректировал обвинение Филипчук. Из требования прокуроров, таким образом, исчезли беженцы из Металлиста, и остались только погибшие Корнелюк и Волошин, и Денисов, который остался жив после обстрела. – Прошу суд признать ее виновной и назначить наказание в виде 18 лет колонии общего режима за убийство, 13 лет за покушение на убийство, а также назначить штраф в виде 100 тысяч рублей за незаконное пересечение границы. Таким образом, путем частичного сложения, просим назначить Савченко наказание в виде 23 лет лишения свободы".

"Позор то какой... Господи...", – отреагировал адвокат Марк Фейгин. Украинская летчица в "аквариуме" зевнула.

"По поводу происшествия 17 июня, когда погибли журналисты, дело возбудили в тот же вечер, – прокомментировал адвокат Илья Новиков корректировку обвинение и исключение из него шести украинских беженцев. – Причем там фигурировала статья о незаконных методах ведения войны. Но это было до того, как в деле появилась Савченко. Как только она появилась, про эту статью забыли, потому что она дает право на суд присяжных".

Кроме прокуроров на сегодняшнем заседании успела выступить только сама Савченко. Ее речь была сравнительно короткой. Она заявила, что вину не признает и заявила: если после прений суд будет принимать решение о приговоре больше двух недель, она не будет его ждать и начнет сухую голодовку сразу после окончаний прений.
"В этом процессе была доказана вина, – заявила Савченко. – Вина журналистов. Они виновны во лжи, искаженном освещения событий в Украине, в мире, да и в России тоже. Они также виновны в том, что пренебрегали средствами безопасности. Если бы они были в бронежилетах и в касках – остались бы живы. Здесь была доказана вина российских телеканалов: они виновны в том, что ради красивой картинки и лживой информации отправляют своих людей на верную смерть, без подготовки и защиты. Это поднимало им рейтинги и приносило прибыль, поэтому им было абсолютно плевать на своих журналистов. Они больше всех виновны в гибели Волошина и Корнелюка.

Была доказана вина российских сепаратистов и военных. Они виноваты в том, что убивают и грабят народ на нашей украинской земле, виновны в оккупации. Даже на видео сепаратистов видно, как они убивают и добивают украинских военных. В этом суде была доказана вина ФСБ и Следственного комитета России, они виновны в том, что похищают людей, пытают их. Группа Сенцова, Карпюк и Клых подвергались пыткам. После этого силовики фабрикуют дела и экспертизы, пытаются оболгать и осудить людей. В этом суде была доказана вина прокуроров и российских судов.

За те два года, что я здесь нахожусь, я убедилась, что у этих людей нет ни чести, ни достоинства, ни соблюдения законов. Им плевать на права человека, у них есть только заказ Кремля и они его тщательно исполняют. В этом суде была доказана вина российских властей. Они виновны в территориальном захвате украинских земель, в захвате Крыма, в развязывании войны на Донбассе. В том, что в своих подлых войнах пытаются установить тоталитарный режим под доминированием России. Мы видели это в Чечне, в Абхазии, сейчас мы видим это в Украине, в Сирии. Везде интересы России доминируют над интересами людей, которые являются коренными жителями этих земель.

В этом суде не была доказана только моя вина. Я офицер украинских вооруженных сил, я имела полное право защищать свою землю, я исполняла свой долг. Я не знаю сколько будет длиться это действие, но если суд берет больше двух недель на вынесение приговора, который итак продиктован сверху, то я объявляю сухую голодовку и приговор вы будете выносить посмертно, без меня. Я не предмет торга. Вы уже показали, как Россия может опозориться на примере одного человека. Вы меня не поломали и не поломаете никогда".

"Зомбирована она, конечно, хорошо", – протянул журналист одного из центральных телеканалов. Большинство журналистов не поместилось в зале суда и наблюдали за выступлением Савченко по трансляции. Здесь же была и корреспондент "Первого канала" Юлия Чумакова, автор репортажа о "распятом мальчике" в Славянске.

После выступления Савченко впервые сказала, что не очень хорошо себя чувствует и попросила перенести продолжение прений на завтра. Судья спорить не стал.

"Меня спрашивают, что мы думаем по поводу того, сколько дадут. Честно – без разницы, – заявил адвокат Илья Новиков после заседания. Сейчас просят 23 года. Запросили бы 25 –это не было бы хуже. Запросили бы 10 – это не было бы лучше. Нам все равно, какая будет цифра, потому что все понимают: время, когда она окажется на свободе никак не зависит от того, что будет указано в приговоре".

В это время кортеж с Савченко, которую сопровождают несколько машин и автобус со спецназом, проследовал в Новочеркасское СИЗО, а мимо прошли два снайпера, которые каждое заседание забираются на крышу соседнего дома вот уже пять месяцев, пока длится процесс.

ainrex: (monk phot)
Я буду говорить по-русски, чтобы не тратить время на переводчика и, как я поняла, еще и мои деньги. Хотя вроде как по правам человека он должен предоставляться бесплатно. Во-первых, хочу попросить прощения у присутствующих за мое эмоциональное поведение. На самом деле, очень тяжело слушать полгода одно и то же вранье, а потом еще слушать его повторно целый день. Поэтому на выступление прокурора мне иначе реагировать было сложно.

Read more... )


ainrex: (ы)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] putin_huil0 в речь Надежды Савченко
Я буду говорить по-русски, чтобы не тратить время на переводчика и, как я поняла, еще и мои деньги. Хотя вроде как по правам человека он должен предоставляться бесплатно. Во-первых, хочу попросить прощения у присутствующих за мое эмоциональное поведение. На самом деле, очень тяжело слушать полгода одно и то же вранье, а потом еще слушать его повторно целый день. Поэтому на выступление прокурора мне иначе реагировать было сложно.

Что касается прений. За эти полгода долгих и нудных судов мы выучили, что была доказана вина в этом судебном процессе. Вина журналистов. Российских журналистов. Они виновны во вранье, во лживом, искаженном освещении информации касательно событий в Украине, мире и России тоже. Мы могли видеть одного какого-то журналиста, который рассказывает про беременных, расстрелянных мужчин "сказки венского леса". Они также виновны в том, что пренебрегали средствами безопасности. Если бы они были в бронежилетах и касках, они бы остались живы. Если бы они не лезли, куда не надо, они бы остались живы.

Здесь была доказана вина российских телеканалов. Они, их собственники, редакции виновны в том, что отправляли своих людей ради красивой красочной картинки, ради лживой информации, на верную смерть. Без подготовки, без защиты. Это поднимало рейтинги, приносило прибыль. Им абсолютно плевать на своих журналистов. Это те люди, которые виновны больше всего в гибели Волошина и Корнелюка. Это их начальство.

Мы видели видео, где какая-то ведущая говорила, что украинские СМИ врут - российские журналисты Волошин и Корнелюк были в каске и бронежилете. Даже в этом суде было доказано, что они были без касок и бронежилетов. Российские телеканалы врут.

Была доказана вина сепаратистов и российских военных. Они виновны в том, что убивают украинский народ на наших украинских землях. Они виновны в оккупации украинских земель. И как бы ни визжали здесь "мирные жители Донбасса", потерпевшие и те же сепаратисты, что только их убивают украинские вооруженные силы, даже в том видео Егора Русского, который кстати является гражданином России, было представлено массу доказательств того, как именно сепаратисты добивают и убивают украинских военных.

В этом суде была доказана вина ФСБ и Следственного комитета Российской Федерации. Они виновны в том, что похищают людей. Они виновны в пытках. Группа Сенцова, точно так же Карпюк и Клых, подвергались пыткам. Эти службы и комитеты виновны в том, что после того, как они похищают и пытают людей, они умудряются фабриковать дела, оболгать людей и пытаться их осудить. Они фабрикуют экспертизы. Доказательством этому всему являются 40 томов бредово слепленного моего дела.

Также в этом суде была доказана вина прокуроров и российских судов. За все два года, которые я здесь сижу и прохожу по всем инстанциям, я убедилась, что ни чести, ни совести, ни какого-нибудь соблюдения законов у этих людей нет. Им абсолютно плевать на международное право, на права человека. У них есть одно - госзаказ Кремля, и они его тщательно исполняют.

В этом суде была доказана вина российских властей. Они виновны в территориальном захвате украинских земель, захвате Крыма, развязывании войны в Донбассе. Они виновны в том, что в своих необъявленных подлых войнах по всему миру пытаются установить тоталитарный режим под доминированием России. Они лезут везде и геноцидом убивают все население. Мы это наблюдали в Чечне, Абхазии. Сейчас мы видим это в Украине, Дагестане, Сирии. Везде политика и интересы российского государства доминируют над жизнями людей. В частности, над жизнями людей, которые являются коренным населением отвечающих их государственным интересам земель. В этом есть вина российских властей.

В этом суде не была доказана только моя вина. Я - офицер Вооруженных Сил Украины. Я имела полное право защищать свою землю. Я исполняла свой долг. Вы не судите ваших ветеранов Второй мировой войны. Вы не судите почему-то только ваших. Зато сколько людей они убили, защищая свою землю? Вы не имеете никакого права судить меня.

Делая акцент на моем высоком самомнении, опираясь на экспертизу - прокуратура посмела сделать такое заявление - я хочу сказать: чем больше я встречаю таких женоподобных мужчин, как прокуроры и следователь Маньшин, тем больше растет моя самооценка как женщины, как солдата и как человека.

Я не знаю, сколько еще будет длиться все это действие, но я хочу сразу сказать: если будет такая ситуация, как была с прокурорами, когда они запросили на прения три недели, я сразу ставлю для этого механизмы защиты. Если суд берет больше двух недель на вынесение приговора, который и так продиктован сверху, и так уже давно записан, я включаю сухую голодовку с завтрашнего дня, и приговор вы мне будете выносить посмертно, без меня.

Я не считаю нужным ждать какого-то обмена. Если вы хотите политически решить это дело и взять своих двух виновных ГРУшников за одного невиновного, это слишком много. Надо было Сенцова-Кольченко менять на ГРУшников. Я не предмет торга, я невиновный человек, моя вина не доказана и доказана быть не может. Поэтому никаких обменов, никаких торгов и никакого затягивания времени, я ждать не стану.

И самое главное. Дайте вы, пожалуйста, прокурорам столько, сколько они просят. Ни днем больше, ни днем меньше. Все 23 [года]. Не надо давать больше или меньше, чтобы у них было время на какие-то кассационные жалобы и опять-таки затягивание времени. Вы уже доказали, что вы ни на что не способны. Вы уже доказали, как Россия может опозориться на примере одного человека. Вы меня не сломали и не сломаете никогда. Поэтому давайте заканчивайте все это в максимально сжатые сроки, я больше ждать не буду. Не вы мне жизнь давали, не вы владельцы моей судьбы и не вам ее решать. Если будет больше двух недель, я ждать приговора не стану. У меня все.



Profile

ainrex: (Default)
ainrex

December 2016

S M T W T F S
     1 23
4 5 6 7 8 910
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25262728293031

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 12:46 am
Powered by Dreamwidth Studios